Как бы то ни было, а жизнь в Карпатах изменилась. В некоторых горных селах и поселках легче найти спутниковую антенну, чем дедовскую скрипку. Но, к счастью, есть еще люди, которые выполняют функцию собирателей и хранителей.

Как рассказал господин Кумлик, невзирая на то, что гуцулы от природы одаренные музыканты, родители раньше не очень радовались с того, что их сын увлекся музицированием. Считалось, что из музыканта не будет хорошего хозяина. Дело в том, что свадьбу гуцулы гуляли не в субботу и воскресенье, а посреди недели, чтобы не грешить, когда во время гостин за нехваткой угощений придется резать теленка или барана. Вот и выходило, что в среду и четверг свадебный музыка играл, в пятницу — отдыхал. А следить за хозяйкой времени уже не имел. Еще родители переживали, чтобы молодой музыка на свадьбе не научился пить водку. Или не сошелся на пирушке с какой-то девушкой «из низкого сословия», с разведенной или вдовой.

Свои инструменты гуцульские музыканты делали сами, кто как умел. Скрипки выдалбливали, как корыто, с одного куска дерева, струны до них делали из бараньих кишек. Очень ревностно музыканты относились к цимбалам. Каждые цимбалы должны были быть неповторимыми — с другой резьбой, по-другому украшенные. В коллекции Романа Кумлика — семь цимбал, самой старой из которых уже свыше двухсот лет. Владелец музея демонстрирует телинку — холостяцкий инструмент, на котором играют одним пальцем; дримбу, на которой играли исключительно женщины по вечерам дома; цидру, под которую пели классические песни гуцульские священники...
К сожалению, еще в советские времена в Верховине потеряли уникальный для Гуцульщины народный инструмент — лиру. Но Роман Кумлик надеется, что и этот экспонат еще будет когда-то в его коллекции.

• музей